На главную

 


Из Энциклопедии Брокгауза и Ефрона


 

Коряки

 

— народ монгольского племени, сродный с чукчами, обитающий в пределах Приморской области по берегам сев. бухт Охотского моря и на берегах Камчатки, в Гижигинском округе, с одной стороны в соседстве с камчадалами и тунгусами, с другой — с чукчами. По образу жизни Коряки разделяются на сидячих и бродячих (оседлые и кочевники). Всех Коряков не более 5000 ч. Кочующие К. занимают пространство между 58 и 63° с. ш., главным образом, в Гижигинском округе, разделяясь, по крайней мере, на 40 родов. Оседлые К. состоят из родов: каменского и паренского, живущих в 8 селениях на сев. оконечности Пенжинской губы; паланского — в 7 селениях на сев.-зап. берегу Камчатки; укинского — в 6 селениях на сев.-вост. берегу Камчатки; олюторского — в 9 селениях на сев.-вост. берегу Камчатки, в Гижигинском округе, от Олюторского залива до р. Опуки, впадающей в Берингово море. Тип Коряков во многом отличен от монгольского: несколько сплюснутая голова, круглое лицо, небольшие скулы, маленькие, живые и смелые глаза, длинный нос, часто горбатый, большой рот, смуглый цвет лица, борода редкая, черные волосы, у мужчин коротко обстриженные, у женщин — заплетенные в две косы; рост умеренный, телосложение крепкое и стройное, особенно у олюторцев. Язык К., в общем сходный с языком чукчей, разделяется на 5 наречий. Русскому языку К. не обучаются, исключая паланцев. Умственно развиты слабо. По отзыву Кеннана, оседлые К. склонны к пьянству, разгулу, воровству и обману; кочующие, напротив, отличаются прямотой, благородством, гостеприимством и чистотой семейной жизни. Оседлые Коряки исповедуют православие, кочевники в большинстве принадлежат к шаманству. К.-идолопоклонники для умилостивления своих богов приносят жертвы то из оленей, выставляя их головы на большие, обращенные к востоку камни, то собак, вывешивая их на высоких жердях вокруг своих шалашей. Из животных почитают волка (слуга злого духа), шкура которого играет важную роль при шаманских обрядах. За жену К. обязан в доме тестя отработать от одного до трех лет; дряхлых стариков и безнадежно больных закалывают родственники, чтобы избавить их от страданий; трупы сжигаются, а прах разметывается во все стороны; замужние женщины наносят татуировку, прибавляя ежегодно на лице несколько рисунков; продавать или дарить живых оленей К. боятся. Многоженство допускается обычаями К., хотя они редко имеют более одной жены. Жилищем оседлых Коряков служат частью дома, частью землянки, жилищем кочевников — шалаши, жердяной конический остов которых покрывается оленьими шкурами. Одеждой служат: куклянка — род рубашки из оленьей шкуры (летом с короткой шерстью), на талии перехваченная ремнем, по подолу отороченная черным мехом, украшенная бусами и металлическими пластинками; меховые штаны, высокие сапоги из оленьей шкуры и большая волчья шапка, с наушниками; иногда шапку заменяет капюшон, пришитый к куклянке. Праздничное платье у женщин опушено мехом выдры и росомахи и вышито бисером. Оседлые К. занимаются звероловством и рыбным промыслом. Лодки для охоты (байдары) весьма легки; деревянный их остов покрыт тюленьими шкурами. Мясо идет в пищу, меха — в продажу. Для езды держат и собак. Часть оседлых К. приготавливает теплую зимнюю одежду из оленьих шкур для продажи приезжающим купцам; также выделываются необходимые в быту инородцев изделия из железа и моржовых клыков (ложки, трубки), сбываемые камчадалам и кочующим К.; немногие К. занимаются огородничеством, разводя репу и картофель. Кочующие К. заняты почти исключительно оленеводством; у более богатых число оленей доходит до 8, 12 и даже 30 тыс. голов; немногие кочевники промышляют пушного зверя. Летом часть К. занята собиранием кореньев, особенно луковицы сараны (Lilium). Главная пища их — оленье мясо и юкола. Охота доставляет К. главные предметы меновой торговли; на шкуры они выменивают у русских купцов порох, табак, медные котлы и пр. Каменцы и паренцы выменивают у бродячих К. меха на железные изделия собственного приготовления. Укинцы производят меновую торговлю с петропавловскими купцами, сбывая им тюленьи шкуры и моржовую кость. К. достигают глубокой старости. Распространены между ними глазные болезни вследствие пребывания в дымных землянках. Все К. считаются русскими подданными, обязанными платить ясак, но на самом деле многие из корчующих К. не признают никакой власти и не подчиняются никаким законам. Каждый владелец дюжины оленей — сам себе закон, и только ради удобства они соединяются в группы из 6—8 семей, в которых господствует полное равенство; предводителям, выбираемым из более крупных владетелей оленьих стад, не предоставляется никакой власти над остальными членами, с которыми они советуются во всех важных случаях. С Коряками русские познакомились в начале XVII в., во время походов на Камчатку, и постоянно с их стороны встречали сопротивление, пока оспа и частые кровавые столкновения не произвели в их рядах значительных опустошений и не принудили их отказаться от своей независимости. См. Дитмар, "О К. и весьма близких к ним по происхождению чукчах" ("Вестник Рус. Географич. Общества", тт. 15 и 16 1855 и 1856); его же, "Mélanges russes" (т. III); Kennan, "Tent-life in Siberia" (5-е изд., Нью-Йорк, 1889).